[ memory illusion ]

Is this is the end?.. Hell yeah!

Wed, 30 Apr 2008 08:35:13 GMT

В общем-то, всё, закончился этот livejournal, не пишутся в него уже хрен-знает-сколько мои тупые посты, тупые мысли, тупые мнения на различные жизненные ситуации, поступки и действия других людей и полу-людей. "Переход на новый уровень", - так можешь это охарактеризовать. Быть в стаде и при этом пытаться стать индивидом - ну на хер! Не получится этого, по крайней мере у меня - точно. То, с чего начинался livejournal, и то, во что он превратился, расстраивает меня. Rolemancer - о, да! То, что сейчас - ну на хер! Такого количества идиотов, тупиц и вообще личностей малоприятных ещё поискать нужно... хотя нет, не нужно - достаточно прийти сюда и пиздовать по ссылкам, перескакивая с одного журнала на другой. Так что ебись оно всё конём. Я ушёл, и меня здесь больше нет. Не интересен мне более живой журнал, не интересны люди, которые засирают его своими словами. Неинтересно более всё, что с этим связано. У меня свой мир.

http://dustheart.webng.com - теперь я здесь, причём основательно и, кажется, навсегда.

Первый пост без единого мата.

Wed, 12 Sep 2007 14:44:46 GMT

Вера умирает первой. Самое ужасное – когда умирает вера в себя, в свои силы. Когда смотришь на задачу и понимаешь, что её не решишь. Когда едешь в автобусе по Новорязанскому шоссе, который мчится со скоростью 120 км/ч, и понимаешь, что если во время следующего обгона он налетит на разделительный бордюр, то ничего не поможет. Умереть, на самом деле, не есть плохо. Порой мне этого даже хочется.

Сегодня в силу наступившей осени, мне пришлось начинать сезон пугающей одежды. Около месяца назад я совершил небольшое путешествие до магазина, специализирующегося на продаже одежды для охранников, рыбаков и охотников. Имя этому магазину "Сплав". Купил себе тогда чёрную куртку "Штурман". Вот сегодня и настал повод её одеть. Хороший знакомый с работы, можно даже сказать, что соратник, притянул мне обувь. Укороченные ботинки военного типа "Steel". И их тоже сегодня настало время обуть. Странное чувство испытал я, посмотревшись на себя в зеркало, перед выходом из квартиры. Вроде бы я, а вроде бы и не я вовсе. Повернулся левой стороной, правой, и всё равно не смог понять, что же именно изменилось во мне. Чего коснулись эти изменения – мне предстояло выяснить позже. Вышел из подъезда и, как всегда, прикурил сигарету, да и двинулся твёрдым и уверенным шагом по направлению к автобусной остановке. Первые взгляды, которые мне довелось поймать на себе, принадлежали людям пожилого возраста. Бабушка и дедушка, тащившие за собой гружёные всякой дрянью тележки, недобро посмотрели мне в глаза и покачали головой. Дальше веселее. Эмо кид на остановке спросил прикурить, и ещё долго не сводил с меня своих накрашенных глаз. В автобусе ко мне подсела особь мужского пола, ставшая жертвой моды... Эти розовые галстуки и розовые рубашки, я их ненавижу. Они режут глаза, они надолго остаются в памяти, от их образов подолгу невозможно избавится. Не скажу, что просыпаюсь среди ночи в холодном поту оттого, что мне приснился розовый галстук, но нечто подобное всё же со мной периодически случается. Это тело ехало со мной и всем своим видом пыталось показать, что оно меня круче, что как выглядит он – так должен выглядеть каждый уважающий себя человек. Плевать. Потом было метро. В метро было ещё веселее. Даже в переполненном утреннем вагоне было невозможно добиться от окружающих безразличия. Я стал бельмом на их глазу. Меня измеряли взглядами, меня сжирали взглядами, меня ненавидели одними лишь взглядами. Я был неприятен людям. Я им был отвратителен и омерзителен. За один лишь день я воплотил в жизнь давнюю свою задумку – примерить на себе образ неонациста. Не могу сказать, что я остался недоволен. Мне это понравилось. Вы смотрели "Fight Club"? Всеобщая ненависть даёт силу человеку, ставшему объектом этой самой ненависти. Я люблю, когда меня ненавидят. Я люблю это. Я это люблю.

Эти люди... мне кажется, что они далеки от понимания того, что именно благодаря их ненависти я и продолжаю жить. Моя ненависть направлена на многих (почти на всех) окружающих меня день ото дня людей. Кажется, я об этом уже писал совсем недавно. Так вот, люди, ненавидьте меня.

Выбравшись-таки из подземки на поверхность и закурив очередную сигарету, я пошёл к офису своим привычным путём. Путь этот лежит через один пустынный дворик, находящийся вдалеке от возможных случайных взглядов не менее случайных прохожих. И, вот удивление, навстречу мне по этому дворику шёл молодой сержант. Люди боятся того, чего они не понимают, того, что не укладывается в их головах в рамки приличия и законов физики. Вот и сержантик этот тоже не смог уложить в своей голове, что идущий на работу прилежный Андрюша совсем не представлял для него опасности (хм... пока трезвый – точно). Сержант отскочил от меня на добрую пару метров в сторону и принялся что-то лихорадочно искать в кармане штанов. Не стал я дожидаться, пока он это "что-то" найдёт и правомерно применит против меня, и продолжал идти в том же направлении, в котором и шёл. У меня нет ни паспорта, ни справки о том, что у меня его украли. Чувствую, остановись я, и пришлось бы мне провести в милиции несколько больше времени, чем в прошлый раз. Мечты-мечты.

Офисная охрана. Ну да, покосились-покосились, так ведь они и говорить-то ничего не вправе. Вот они ничего и не сказали, хотя могли. Мои коллеги? Как бы вам сказать. У нас в офисе постоянно играет Oi, у нас в офисе бритых больше, чем в любом другом. У нас в офисе... Да что уж тут рассказывать? Вот так оно всё есть.

В обед отправились в магазин за фаст-фудом (угу, и не говорите мне, что от него полнеют – мне это не грозит). В очереди стояла очередная особь мужского пола, ставшая жертвой моды. Это новомодная мужская стрижка, чтобы с затылка свисал ещё целый хвост волос. Он долго на меня косился. Косился и косился, а потом ушёл. Вошедшие в магазин девушки, тут же развернулись и ушли обратно, обронив на выходе: "Скин". Мы купили того, чего требовала душа – большую пиццу, гамбургер и два сэндвича. Стоявший на крыльце магазина малый не решался войти внутрь, решив, наверное, что дело может запахнуть жареным. Тьфу! Аж самому противно выражаться подобными голливудскими фразами.

Теперь же предстоит дорога домой, которая, уверен, станет не менее интересной, чем приезд на работу. Похоже, что мне это приятно. Я буду продолжать жить всем назло.

[ Заебло ]

Tue, 11 Sep 2007 15:37:45 GMT

Ничто не может заебать так сильно, как всё то, что окружает тебя день ото дня. Сижу и думаю, может быть, лучше перечислить всё по пунктам? Или ограничиться лишь малопонятными словосочетаниями, коими был богат предыдущий пост? Одно я знаю точно, что если в самое ближайшее время не исправлю хотя бы что-нибудь в своей жизни, то жизнь эта моя и пойдёт под откос.

Заебло многое, и именно поэтому мне пришлось завязать с пьянством. Не то чтобы я не отдавал себе отчёта, нет... всё совершенно не так. Как и всегда, посредством пьянства я пытался убежать от проблем, от себя и от такой херовой жизни, которая некоторым и даром-то не нужна. Моя жизнь, я знаю о ней многое, но в некоторых её моментах до сих пор не могу оставаться спокойным. Я не могу справиться со всем тем, что со мной происходит.

Мне многие говорят: "Вот на хуя ты пьёшь?" Вот что можно ответить на такой тупой вопрос? Ты меня знаешь?! Я сам себя не знаю!

Каждый день меня окружают одни и те же люди, хоть и лица у них меняются время от времени (а если быть уж совсем честным, то меняются они каждый день). Они одинаково равнодушно смотрят на меня, так почему же равнодушие в моих глазах вызывает у них сразу же некое подобие негатива? Вам не по хую ли, что у меня происходит в голове в данный момент? Мне лично на всех вас поебать, так почему же вам не относиться ко мне точно так же?

Меня заебло отсутствие денег. Меня заебло отсутствие еды в моём холодильнике. Меня заебло отсутствие сна. Меня заебло многое такое, о чём вы все, злорадствующие уёбки, даже и не подозреваете. Меня заебал автобус, на котором я ежедневно попадаю в пробку на Новорязанском шоссе. Меня заебли кондуктора (или конукторы? Я, один хрен, не умный), которым суёшь 50 рублей одной купюрой, а они, суки такие, ещё и спрашивают: "Молодой человек, вам до МОСКВЫ?" Так ведь приходится, блядь, снимать с головы огромные профессиональные "уши", и говорить ей, чтобы давала сдачу с требуемых 32 рублей. Суки, ненавижу.

А вообще, хули я тут распинаюсь. Посмотри, милый человек, на мою рожу, и тебе сразу станет понятно, что меня на самом деле уже многое заебло. Заебло всё вообще, даже то, что заебать по своей сущности не может. Заебло.

Dreams, that 'll never come trough

Thu, 06 Sep 2007 14:12:19 GMT

Gibson Custom 50th Anniversary Corvette Guitar

Мечты, они как и надежды – чем больше забиваешь ими голову и чем сильнее веришь в то, что они осуществлятся, тем быстрее и более метко заколачиваешь последние гвозди в крышку своего гроба. Не то, чтобы я никогда не мечтал... Не то, чтобы я никогда не предаюсь этому прекрасному делу – мечтанию. Нет, я человек. Человек из плоти и крови, как бы ни было это унизительно и противно. Но в своих мечтах я выше остальных... Выше тех, кто ничего в своей жизни не хочет сделать, добиться, сотворить, в конце-концов.

Правда, на мечты в последние месяцы времени осталось крайне мало. Люблю засыпать под мечты, которые навряд ли когда-нибудь найдут выход из моей головы. Но это всё полнейший сакс. Мечтать не вредно для здоровья. Вредно – верить. Вера убивает в человеке то малое, что было дано ему с рождения – право самовыражаться, самоутверждаться и даже право принимать решения. На все случаи жизни эти "сектанты" ищут ответ в книги, написанной такими же человеками, состоявшими из плоти, крови, костей и чуточки мозгов. Мне противно видеть людей, тянущих в переходах метро руки к проходящим мимо людям, и при этом прикрывающихся какой-нибудь иконкой, как, блядь, боГом самим, как, блядь, всем тем святым, что ещё могло бы быть у них внутри. Пошло всё на хуй.

Меня выводят из себя люди, пытающиеся доказать другим свою правоту в том, что человеку свойственно верить в высшие силы. Пошло оно всё на хуй! Всё совсем не так. Человеку не нужно верить в высшие силы, если он, твёрдо верит лишь в самого себя. Если он не ищет помощи у других, и не ждёт её от них, так не хуй навязывать ему, что он должен во что-то верить. Нету бога. Нету рая, нету ада. Нет вообще ни хуя. Есть лишь тот момент, в котором ты сейчас находишься, и не более того. Нет истории, её нет. А нет её по той лишь простой причине, что история стала проституткой, безвольно подкладывающей своё дряблое тело под тех, кому оно нужно.

Не осталось в людях ничего, кроме их пустых голов, наполненных пустыми мечтами, мыслями и чувствами. А ещё все эти так называемые люди очень любят, чтобы из их рта вылетали одни лишь пустые слова, не несущие смысловой нагрузки. Я ненавижу многих людей. Ненавижу многих лишь за то, что они такие, какими их сделало телевиденье, видеоигры, порнография и окружение. Хватит уже смотреть на мир сквозь толстенную розовую линзу. Пора прекращать жить с мыслью, что очень скоро станешь миллионером, ну а в случае с девушками – что выскочишь замуж за какого-нибудь богатенького толстосума и будешь жить себе на Рублёвке, не вникая в ту жизнь, что течёт каждый день мимо тебя. Возможно, что я и себя-то ненавижу, и даже не отрицаю такой возможности.

Ненависть. Как много в этом слове. Чрезмерная ненависть ко всем и всему, что меня окружает заставляет меня мыслить трезво. Заставляет меня не сойти с ума, заставляет продолжать идти вперёд, несмотря на многие падения. И пусть меня ненавидят окружающие. Мне от этого становится только лишь приятно. Я брею себе голову, пожалуй, лишь с той целью, чтобы вызывать ненависть у людей, с которыми еду в автобусе на работу, с которыми еду в одном вагоне метро, и у тех, с кем делю тротуар. Ненавидьте меня, мне от этого будет только лучше.

А теперь попробую всё же перейти к изображению, коим захотелось озаглавить свой пост. Это гитара, сделанная на заказ к презентации возрождения Chevrolet Corvette в 2003 году. Красота она такая, она неповторимая.

[ Memories of the Water ]

Mon, 20 Aug 2007 11:08:40 GMT

Выходные прошли на удивление спокойно, тихо и мирно. Небыло ни безудержных вылазок куда-нибудь, лишь бы нажраться, не было даже пива... Ну, почти что не было. В воскресенье всё же не удержался, да и как тут удержишься, когда заходишь в магазин за продуктами; в магазин, в котором постоянно продаётся только тёплое пиво; а тут проходишь между рядами и видишь, что в мясном отделе, прямо в морозилке с тушами стоят две бутылочки Артура Гиннеса! Ну как тут не удержаться?!

В субботу технично приходил в себя. Настроил-таки 2x2, и весь день смотрел только лишь его одного. Так и пролетел день незаметно, под кофе, сигареты и мультфильмы.

В воскресенье дом стал похож на зоопарк. Из вольеров выпустили узбеков, и они носились по квартире, стараясь изо всех сил закончить ремонт, который они не могут закончить вот уже третий месяц к ряду.

Но с этими узбеками я работал на нефтебазе, поэтому на мою выбритую голову и руну Одина они не обращали (по крайней мере, старались не обращать) никакого внимания.

Весело было где-то недели две назад, когда закончилось моё двухлетнее воздержание от лёгких наркотиков. В ту субботу у нас тоже работали узбеки, только это были молодые, и меня они вообще ни хуя не знали. Пока я был вменяемым, они сидели в углу и делали вид, что смотрят телевизор (по русски-то ни единого слова не знают, недочеловеки долбанные), а сами то и дело косились на меня. Пришёл Павел и спас их от начинающейся паники. Они, вроде бы, поосвоились, да и принялись заниматься тем, зачем, собственно, и пришли – класть плитку в ванной. Из-за этих обезьян ни в туалет сходить, ни лысину намылить, ни даже побриться нельзя было на протяжении целого дня. Ближе к ночи Павел достал из широких штанин кусок пластилина. Узбечата уже давно спали, поэтому мы без лишних обломов расположились на кухне. Через несколько часов, показавшихся мне вечностью, я выполз из кухни на четвереньках, потому что иначе по полу, превратившимся в моём больном сознании в реку Стикс, иначе передвигаться было нельзя. Мне махал рукой паромщик, я видел противоположный берег, на котором меня уже ждали люди в белых мантиях со смешными конусовидными капюшонами, в руках у них были горящие кресты и факела. Они махали мне, звали меня к себе, пели какую-то удивительную песню, которой я прежде никогда не слышал. Они ждали меня, а я знал, что мне нужно в другую сторону, мне нужно продолжать плыть против течения, которое с каждой минутой становилось всё сильнее и сильнее. Доплыв до своего спального места, раскладного дивана в углу комнаты, я понял что нужно продолжать плыть дальше. Выплыл на балкон, нашёл наощупь лежавшую на дне реки пачку сигарет и зажигалку. Не имея возможности подняться, я продолжал курить, сидя голой задницей на холодном полу балкона. На небе было много звёзд, и каждая светила только для меня одного. Летевший на посадку Ил-86, пролетал настолько близко, что я смог разглядеть прильнувших к окнам человеков. Мне сделалось хорошо. Вдруг куда-то пропал страх, преследовавший меня последние часы. Куда-то подевалось всё. Есть только Стикс и я. Даже люди в капюшонах куда-то подевались. Меня понесло течением и вскоре выбросило на берег, на мой диван. Я принялся его разбирать, но ничего из этого не получалось. Прошло ещё очень много времени, пока мне не удалось-таки его разобрать. Узбечата уже не спали, они, с ужасом на лице наблюдали за моими действиями. А мне было, собственно, похеру. Весь дискомфорт ушёл сразу же, как я положил голову на подушку и закрыл свои глаза. Мне вновь видился Стикс и ККК, но мне было уже безразлично. Меня начало нести течением, которое меня унесло куда-то... а вот куда, этого я не помню. Мне было и так хорошо, без памяти. Все проблемы ушли далеко-далеко. Я лежал на спине, и мышцы ног сокращались, приводя к судорогам. Мне было хорошо. Приятно, тепло и уютно. Я стал маленьким живым центром этой вселенной.

Да и наплевать, если честно, кто что подумает после этого поста. Я удивился, как вообще на Марс не улетел, во второй Doom играть, после двух-то лет воздержания. Ну да, расплющило меня. Я даже смотрел на свою руку и смеялся... Помню, был один момент, когда я испугался (для меня вообще вся та накурка сопровождалась одним только страхом), что больше не смогу сказать ни слова. Я сидел и смеялся, и не мог произнести ни слова, потому что всякое слово моё застревало у меня же в горле. Я не ожидал, что может вот так начисто переклинить вполне адекватного человека, коим я себя и считаю. Оказывается, что может быть и не такое. Может быть такое, что, положив голову на подушку, оказываешься совсем в другом мире, и чувствуешь нутром, что ЭТОТ мир совсем не такой, каким был ТОТ, и некоторые внешние сходства не говорят совершенно ни о чём.

Был бы я лгуном, если бы сказал, что мне не понравилось. Я просто попал в глубины своего подсознания. Я попал туда, куда хотел всегда – в выдуманный мною же самим мир. Помнишь комиксы СХ, а именно Pain it Black? Вот и у меня такая же ситуация. Я испытал очень много страха. И когда я начинаю вновь проматывать в голове все те мысли, что посещали меня за долгое время пребывания в кайфе, я пугаюсь этих мыслей. Мне не было страшно умереть. Мне не было страшно предстать перед тем самым. Но мне было страшно проплыть до балкона и выкурить ещё хотя бы одну сигарету, чтобы привести в норму расшатанные нервы. Среди ночи я преодолел этот страх и вышел на балкон, была уже заря. Я несколько раз просыпался в незнакомых мне местах, ещё больше раз я выключался. Так повторялось и повторялось. И вот наступило утро.

Моим завтраком были остатки вчерашнего пластилина, который мы и прикончили. Узбеки заперлись в ванной и сидели, молча соскребая остатки бетона с кафельной плитки. Мы в тот день посмотрели четыре части Очень Страшного Кина. Нас бросало в смех. А узбеки всё соскребали и соскребали.

Может, я и не очень умный человек, даже соглашусь с мнением большинства, что у меня мозгов много меньше, чем у обычного человека, но некоторые темы крутятся в моей голове, и лично мне кажется, что эти темы не столь уж и плохи, чтобы ими нельзя было поделиться с другими. Правда, как всё это воспримут эти "другие" – мне пока что не до конца ясно.

[ Stop drinkin, start living ]

Fri, 17 Aug 2007 11:03:51 GMT

What can I say?.. Да ничего не могу сказать, ибо всякие задатки интеллекта уже давным давно вывалились из моей пустой головы. Отсутствие интеллекта всё же позволило мне сделать одно умозаключение – кончай пить и начинай жить!

Так уж получилось, что именно сложившаяся в среду ситуация заставила меня задуматься о том, нужно ли мне оно, это пьянство. Тихо-мирно нажираясь пивом рядом с метро, упился до того, что проходящие мимо недочеловеки схватили с плеча сумку и скрылись в неизвестном направлении. Паспорт, кредитная карта, четырнадцать штук рупий, мелочь, ключи от дома, открытка и шнур к iPod'у. Собственно, из всего вышеперечисленного, мне больше всего жалко именно первую и последнюю позиции.

Вот сижу теперь и думаю, ну за каким предложением я столько пил? Радость-то в этом какая? Счастье, может, какое привалило? Может, чувствовать себя стал лучше? Может, здоровья у меня теперь много?

Да пошло оно всё туда, откуда, собственно, и пришло. Замучился. Дома – разруха. Надеюсь, что хотя бы в эти выходные смогу выспаться, побриться и успокоиться.

Звонила мама... мне теперь стыдно. А в каком бы пиздатом настроении находились бы Вы, пропади у Вас в один день столько нужных вещей? И больше пропадало? Да пошли Вы!

Я терял в своей жизни все свои материальные радости. Теперь я, конечно, потерял не столь много, но всё равно обидно. А ещё эти ёбаные уроды из ментовки... По крайней мере, я теперь знаю, как можно дозвониться до милиции с мобилы. В первый раз меня конкретно послали на хуй.

– Здравствуйте, меня только что ограбили. Сняли с плеча сумку, в которой находился паспорт и четырнадцать тысяч рублей!

– Что ж Вы так неаккуратно-то?

Про себя: А тебя, случаем, не ебёт ли, как так неаккуратно у меня пизданули сумку?!

Вслух: Делать-то мне что?! Я ж в милицию позвонил!

– Назовите свой адрес

– Какой Вас именно интересует? Тот, где я сейчас нахожусь? Тот, где меня ограбили?? Тот, где я живу???

– Знаете, что? Уточняйте сначала свой адрес, а уж потом звоните!

И вешает эта дрянь трубку.

Даже жестью такой расклад назвать невозможно. Звонил после этого раза уже мой коллега по работе. Так хорошо с ними пообщался, что через 15 минут примчали сразу аж два наряда милиционеров. За эти 15 минут меня успели ввести в шоковое состояние, уебав в висок с размаху... Признаюсь, до сих пор в этом состоянии нахожусь, да и висок до сих пор болит (хотя, чему там болеть-то?).

Приехали к ментам. Сажусь за стол, начинаю писать заявление (вот уж не подумал бы, что когда-нибудь сам стану писать подобную херню). Описываю все происходившие действия с документальной точностью. Дохожу до описания времяпрепровождения после ограбления, и тут у меня заканчивается стандартный бланк. Подхожу к сержанту, прошу ещё листочек, на что он вытаращил галаза и заявил: "Да ты совсем охуел, что ли?!" Подошёл, начал читать моё мини-сочинение на тему: "Как я провёл три часа после работы в среду вечером". Дошёл до строчки, в которой я описал, как меня по номеру 112 послали на хуй. Сказал, что не стоило мне этого писать, на что я сказал, что описал всё именно так, как оно было на самом деле.

Заявление приняли и послали к следаку (это в одиннадцать-то часов вечера!). Поднимался на пятый этаж по неосвещённой лестнице, в результате чего уебался и без того нездоровой головой ещё пару-тройку раз о стены. Дошёл до следака. В кабинете сидели две дамы и описывали ему свою беду. Меня попросили подождать за дверю (и всем было глубоко насрать, что вот-вот и я не успею домой). Просидел минут тридцать под дверью. За это время я понял, что сидевшие внутри кабинета дамы живут где-то неподалёку, ибо уходить они явно не собирались. Описывали следаку обстановку своей квартиры (я так понял, что к ним домушник ворвался), где какая делать интерьера находится, в какой комнате какие обои, да ковры персидские на стенах весят. Вскоре эти стервы всё-таки рассказали следаку всё, что смогли сказать, он их выпроводил, и вошёл в каминет я.

– Скажите, военный, мы за десять минут уложимся?

– За десять? Не, вряд ли.

– Ну пиздец.

И начал я рассказывать следователю всё в мельчайших подробностях. На карте показал примерный маршрут преследования злобных похитителей чужих сумок. Следак всё время ходил по кабинету из угла в угол (тюремная привычка, между прочим) и поглаживал кобуру с Макаревичем. Так незаметно и прошли ещё полчаса. На последнюю маршрутку я, естественно, не успел.

Вот и решил я перестать пить. Сегодня сделаю первый шаг к этому – пойду на Симпсонов, и не возьму с собой даже бутылочки пива. Поеду домой в хорошем настроении, которое мне наверняка обеспечит сумасшедшая американская семейка, приеду домой и лягу спать. А завтра встану, умоюсь, побреюсь, и буду продолжать жить так, словно ничего этого со мной не было.

Какая, млять, сволочь пизданула мою асю!

Tue, 14 Aug 2007 15:04:49 GMT

А ведь всё так замечательно начиналось. Проснулся с утра пораньше под звуки ёбли (под них же, должен сказать, и засыпал), почистил свои зубы, вымыл глаза, вставил линзы, опустошил содержимое мочевого пузыря, поставил себе кофе и сел с кружкой свежесваренного кофе на балконе, затягиваясь через каждый глоток сигаретой.

А потом я приехал на работу, и с удивлением узнал, что асю мою спиздили. Ну кому, блянах, мог понадобиться этот уродливый семизнак?! Кому?..

В нашей стране всё делается через жопу. Пошёл на webmoney.ru, и по советам сидевших в офисе "гуру-вебманей" зарегистрировал себе лайт версию этого долбанного кипера. А что было потом? Потом я пошёл и честно оформил заказ на шестизнак за $20. Оформил, мне дали реквы, на которые нужно спустить эту двадцатку североамериканских денег. Спустился на первый этаж офиса, засунул штуку в автомат (ибо помимо шестизнака я хотел себе и домен на com'е на два года зарегистрировать.

Сказано-сделано. Прошли сутки. Ни денег, ни аськи, ни вообще ни хуя нет. С психу чего только не хотелось сделать, но что-то всё же останавливало меня.

Вот уже прошла неделя, вебманей на моём кошельке до сих пор нет, есть уёжищная девятизначка, даже хостинг на хостонмарс и тот загнулся ко всем ебням.

Я пью уже, кажется, неделю, не переставая. В выходные под синим делом спалил себе бровь, психанул, и побежал в ванную, сбрил обе. Теперь мне вообще всё похуй! Пошло всё туда, откуда и пришло!

Нет настроения даже доводить до ума этот сраный пост, который никто, кроме меня читать-то и не будет. Пошло всё туда.

Жизнь, кажется, только для неудачников. Этот жестокий мир. Жестокий-жестокий. Нахуй, спрашивается, барахтаться, карабкаться вверх, если сверху тебя по тупому принципу стандартной разводки скинут? Зачем лезть из кожи вон? Заебло. Пошло всё туда!

Wed, 18 Jul 2007 10:41:54 GMT

очень приятно читать подобные отзывы клиентов

[ lil scribbling without thinking ]

Thu, 05 Jul 2007 09:59:07 GMT

Здравствуй, безголосый и безмозглый собеседник!

Вот уже хуеву тучу времени я не писал ни слова, что, в общем-то, довольно странно, ибо последний месяц безлимитный и-нет находится под рукой 10 часов в сутки. Не то чтобы мне не было, что сказать; не то чтобы в голове совсем не осталось никаких мыслей – наверное, я попросту захлебнулся полной независимостью и самостоятельностью, что не считаю нужным писать что-либо, что и так известно мне.

И на что же я проебал весь прошлый месяц? Нет, это неправильный вопрос. На что я проебал все те годы, что были до прошлого месяца? Я проебал их в никуда. Хорошенечко призадумавшись на днях (ну так, вышел на балкон покурить, да и краем мозга подумал о собственной жизни), я понял, что до этого и не жил-то по-настоящему. Я существовал, словно растение, мог только пить и есть, а голова была доверху наполнена идеями о том, как побыстрее свести счёты с жизнью. Сделал последнюю затяжку, выпустил дым из ноздрей, сжал большим и указательным пальцем окурок, и швырнул его куда-то в темноту, сказав вдогонку: "В пизду такие мысли..."

Начать новую жизнь оказалось не так уж и сложно. Я представлял, что всё будет гораздо труднее. Скажем так, достаточно было лишь взять билет на самолёт в город, в котором у тебя нет никого – вот тебе и полноценная новая жизнь. С чистого листа, конечно же, начать невозможно, да я и не стараюсь. Пытаюсь жить так, как мне хочется, и пока что у меня это получается.

Чем занимаюсь я? Да ничем. Просыпаюсь в 6:30, выпиваю кружку чая, закуриваю сигарету, втыкаю наушники в iPod и еду до работы 3 часа, коротая это время последним альбомом Deftones. Учусь продавать железки (что получается у меня сейчас очень и очень плохо) и нахожу общий язык с коллективом.

Радуюсь жизни. Пью пиво. Мало кушаю. И езжу на метро. Мне это в кайф. Я наконец-то вздохнул полной грудью. У меня наконец-то развязались руки. У меня наконец-то развязался язык. Я заново научился говорить по приезду (попробуй прожить год, общаясь лишь со своими воображаемыми друзьями, и я посмотрю, не потеряешь ли ты дар речи). Могло быть и хуже. Я хорошей жизни не ищу, меня целиком и полностью устраивает моя – такая, какая она есть. Мне хорошо, и это, кажется, самое главное. Голоса в голове ещё не стихли, но слышать я их стал реже. Плохие мысли посещают голову, но до них мне нет никакого дела. Я живу. Я дышу. Я мыслю.

Мне всё время кажется, что я с каждым днём меняюсь. Как знать, может, так оно и есть на самом деле? Надеюсь, что да.

Sun, 22 Apr 2007 19:25:21 GMT

Сука, самопознание выводит из себя и заводит в тупик. Теперь-то понятно, за каким членом люди выдумали себе бога (ну или богов – чай религий много). Себя познать невозможно, другого – и подавно, вот и придумали всевышнего, чтобы у него голова болела и за себя, и за каждого отдельно взятого челдобрека. Из всех религий устремляю свой взор лишь к язычеству и Вуду (ох-ты, блядь, оно ещё и с заглавной буквы пишется?!). Язычником быть мне нравится. Ни тебе бессмысленных заповедей, большую часть которых к концу жизни человечишка всё же нарушает; ни тебе постоянной жизни в страхе перед Великим, кой может выебать и высушить тебя за любой проступок (как говорится, после смерти сочтёмся) или просто оттого, что не понравился ты ему.

Всё же поражаюсь. Это ж, блядь, надо было из сказок, мифов и легенд состряпать религию, да так, чтобы она с веками не ссохлась в окаменелые экскременты, а наоборот превращалась в монополизированную корпорацию с акциями, членскими взносами, с незначительным, но заметным влиянием на политику государства и прочей хернёй?! Кто-то видит в этом спасение, кто-то – выход из той или иной жизненной ситуации, я же в этой хуйне не вижу ничего, кроме своего же отвращения к этой, с позволения сказать, религии. Тот же Древний Египет, ведь великим государством был. До наших дней, правда, дошли их мифы, переведённые рукохуями, благодаря которым (имею в виду рукохуев) не легко понять, что мифы для египтян были вовсе не мифами, но религией. Не осталось больше того великого государства, не осталось даже египтян (а кто скажет, что эти вонючие бедуины, скачущие на верблюдах и есть египтяне – не задумываясь пиздану камнем, выбрав какой покрупнее), не говоря уже о том, чтобы их мифы продолжили своё существование в качестве религии, а не сказки на ночь детям от 8 до 12 лет. И вот эта религия, к которой ныне пытаются приучить с самого рождения, не должна была превращаться из мифов в нечто большее, однако это случилось. На территории же нашей страны, христианство, пробывшее почти век вне закона, вернулось и начало ебать всех и вся. Словно ребёнок, которого постоянно избивали и унижали в школе, и который в итоге вырос обозлённым уёбком, пошёл в милицию работать, получил резиновую дубинку и стал пиздить всех подряд без разбора ("а у меня вон чё есть!"). И тут уж не попишешь.

Что-то хочу исправить? Нет, на хуй. Как всю жизнь сторонился этого, так и буду сторониться. И пропагандировать ничего не собираюсь, даже скандировать не желаю. Верьте в своего бога. Стыдитесь себя. Замаливайте грехи свои, даже те, которых не совершали. Одним своим появлением на "свет божий" вы согрешили, и каяться теперь должны всегда. И тогда вам будет хорошо в месте, из которого не возвращался ещё никто (хм... а оно вам надо?..).

[ Happy Birthday to Me ]

Sun, 08 Apr 2007 08:17:27 GMT

Ёбнуло совершеннолетие, ёбнуло внезапно, нежданно и негаданно (да я и сам себя порой спрашиваю: за каким хером так много ругаюсь матом?). Двадцать один – это не двадцать, и вот, чего нельзя было ещё один год назад, но можно делать теперь:

– теперь можно не брать с собой в ванну жёлтых резиновых утят, и даже можно купаться самому, без надзора взрослых;

– можно вместо сандалей на застёжке брать ботиночки на шнуровке (нужно же учиться самостоятельно завязывать шнурки);

– можно не бриться, ибо волосы не растут даже на голове (и никакой RTH тут не поможет);

– можно смотреть мультики по Nickelodeon, уткнувшись носом в экран телевизора, потому что со зрением в минус 4.5 диоптрия становиться похер на подобного рода мелочи;

– можно самому ходить через дорогу (правда, нужно посмотреть сперва налево, потом направо) в магазин за булочкой хлеба и сдачу оставить себе на сигареты;

– можно даже начать смотреть на девочек не как на объект издевательств, а как... как на объект того, о чём мне ещё родители не рассказывали (на заметку: нужно будет всё же расспросить родителей, зачем нужны девочки).

Вопреки ожиданиям всех тех немногих людей, которые мне дороги, не стал я ни умнее, ни красивее, ни добрее, ни богаче, ни талантливее, ни веселее, ни даже лучше. Я всё такой же, каким был на протяжении большей части своей сознательно жизни – злой тупой невесёлый урод, и заниженная самооценка здесь совершенно ни при чём.

Для меня 21 это ни хуя не начало жизни – это начало обратного отсчёта. Что и говорить, дожить до сорока лет было бы для меня героическим поступком и непозволительной роскошью, а так придётся сдохнуть лет в тридцать. Так оно на то и получается, что каким бы концом ни крутил, а большая часть жизни прожита, настало время собирать камни, давать им имена, разговаривать с ними, а потом выбрасывать на хуй подальше от себя, чтобы не мешались на последнем пути. Смерть – это то, что всегда рядом, чтобы ни происходило; и в радости и в печали она всегда протянет свою костлявую руку помощи. Ещё до хера нужно сделать, но всего, конечно, не успеть. Бога нет, и полное отсутствие мыслей о его существовании скрасят последние годы жизни язычника.

Я знаю жизнь... вернее, знаю одну её часть (а может и сторону), которая наполнена лишь болью, страхом и ненавистью. Переживания ломают человека, они сломали и меня, но сломали лишь в лучшую, как мне кажется сторону. I'm not afraid anymore! Да. Чувство страха стало мне чуждо.

Меня не переполняет шквал эмоций, меня эмоции вообще не наполняют – я не эмоциональный тип. Мне нет дела не то, чтобы до чужих переживаний – мне нет дела до своих собственных переживаний. Есть вещи и поважнее пустой траты времени, проводимого в различного рода размышлениях о том "как же хорошо всё было" или "хочу всё вернуть назад, как было". Собственные проблемы в хуй собачий не ставлю, вернее, теперь не ставлю. Открылся одному человеку, всё, блядь, хватит с меня. Натерпелся, наслушался, хватит, устал, затрах. Да, неразделённая любовь, да, всё настолько тривиально у такого ненормального и необычного человека.

Повзрослел, возмужал, мудрости набрался, ответственным стал... хрен там! Я остался таким же, каким был, даже стал немного хуже. Все окружающие меня люди уже давно свыклись с этим... а если тебе, дорогой мой читатель, это не нравится – ... в общем, дорогу найдёшь!

В этой жизни я постоянно что-нибудь забываю, именно поэтому пост публикую задним числом... да, я даже о собственном дне рождении могу забыть напрочь. Если бы не старший брат и BFF P41m, я бы и не вспомнил об этом дне. Спасибо вам.

[ Back to... ]

Tue, 27 Feb 2007 19:24:32 GMT

Сегодня утром неожиданно закончился мой четырёхнедельный марафон пребывания "никем" в "нигде". Неожиданным было не только само его окончание, но время и место в котором это окончание произошло. Я пришёл в себя (право, одно из самых дурацких выражений, порождённых человеком и языком его) утром, что само по себе не кажется чем-то за рамки вон выходящим. Но если принять к вниманию тот факт, что за последние четыре недели я ни разу не смог открыть глаз раньше пяти часов вечера, то такая обычная вещь как подъём на заре резко теряет своё обыкновение и начинает казаться столь же загадочным и мистическим, как и летящий по небу самолёт для представителя одного из центральноафриканских племён. То, что за окном было ещё утро, не знаю почему, но я понял сразу же, понял интуитивно.

Отчего-то на картинке, которую я захватил с собой из сна, память изобразила залитую светом утреннего солнца комнату с открытым настежь окном. По-видимому, окно было открыто уже довольно продолжительное время, так как пол комнаты был устлан приличным слоем снега, стены были покрыты инеем, а сама комната была наполнена неподвижным плотным непроглядным туманом, который в качестве одного из явлений природы может появиться при очень низкой температуре, либо образоваться на месте прорыва системы канализации. Моё участие в этом карнавале сводилось к роли зрителя – бесформенного и безголосого духа, не имеющего даже возможности сказать, насколько ему уже осточертел этот стоп-кадр, и как уже затрахали его лучи этот утреннего солнца, отражающиеся от снега, покрывшего одним огромным сугробом весь пол комнаты, и направленные в оба его глаза (хотя, хрен его знает, сколько у этого духа было глаз).

Разумеется, открыв глаза, мир сна стал быстро и уверенно разрушаться, при этом позволяя объектам мира реального безо всяких ограничений заполнять собою без остатка пространство, находящееся перед моими глазами. Так снег стал водой, а отражающееся от его поверхности солнце превратилось в одиноко висящую под потолком лампочку Ильича, горящую тусклым неравномерным светом. Я очнулся в ванне с холодной водой. Почему-то первым, что пришло в голову, была мысль о том, что находящийся в утробе матери кусок мяса чувствует себя во время предродовых схваток намного лучше, чем сейчас я. Судя по затёкшей шее, провёл я в таком положении не меньше часа, а не распухшие и не ставшие похожими на перепонки пальцы были свидетельством того, что время моего препровождения в воде не превышало 18-20 часов.

Сосредоточиться на воспоминаниях о том, как вообще я очутился в ванной, препятствовали непрекращающиеся дрожь и судороги. Когда человек замерзает, он глупеет; все мысли его направлены только на поиски тепла. Наверное, поэтому я оставил попытки вспомнить хоть что-нибудь, что помогло бы мне понять, как я здесь нарисовался и просто открыл кран с горячей водой, которая начала распространяться по ванне приятным тёплым течением. Постепенно отогреваясь, я начал обращать внимание на некоторые мелочи, которых до этого не замечал. Во-первых, на краю ванны лежала бритва "Нева", таких уже лет сто как не выпускают, а тут она лежит новенькая и целёхонькая. Навряд ли можно было охарактеризовать это как попытку суицида, потому что... Нет, я, конечно, затягивал петлёй на своей шее ремень и пытался, балансируя на расшатанной табуретке, закрепить второй конец на крюке для люстры, но тогда это было не более чем минутной слабостью в ситуации, выход из которой (помимо тупого повешенья) был так хорошо припрятан, что для догадки о его существовании пришлось встать на табурет. С тех пор прошло чуть больше года, но за это время у меня в корне изменилось виденье жизни, произошёл перерасчёт жизненных ценностей и приоритетов. Я стал совсем другим, дав себе слово продолжать жить всем назло. Да и потом, если уж и кончать с жизнью, то неплохо было бы для начала быть в трезвом уме, а не в бессознательном состоянии проебать величайший момент своей жизни. Во-вторых, я был одет. Даже намешав коньяка с вермутом в пропорции 2 к 1 и добавив к этому "на посошочные" граммы беленькой, по возвращению домой, находясь в беспамятстве на пике этого алкогольного экстаза, я всегда, перед тем как завалиться спать, снимал с себя хотя бы штаны. Поэтому вариант, что я перепутал ванну с кроватью и решил укрыться вместо одеяла сотней литров воды, отпал мгновенно. Единственное, что я понял в сложившейся ситуации чётко и ясно – то, что вернулся, наконец-таки, к нормальному своему состоянию, и эта мысль не могла не радовать.

Последний месяц был сущим кошмаром, на всём протяжении которого моё состояние было приближено к сильному нарко-алкогольному опьянению. Так я чувствовал себя до этого лишь однажды, когда выкурил страшное количество "пыли", залив его сверху пятью литрами пива. Тогда-то я и узнал, что значит быть "никем" в "нигде", и до сегодняшнего дня точно такое же состояние преследовало меня в течение месяца, при этом я не употреблял ни алкоголя, ни наркотиков. Возможно, оно было спровоцировано моей болезнью (ну возьмите меня в армию, дайте мне в первый же день автомат с тремя рожками, и после этого мы все будем долго хохотать), а вообще я не специалист и утверждать не берусь. Это состояние мне очень трудно объяснить и, тем более, ещё сложнее его описать. Я не поэт и не писатель, тонкие душевные состояния волнуют меня не больше, чем голод в племенах центральной Африки, и не собираюсь я посвящать полжизни изучению этого вопроса, чтобы в итоге написать полстраницы, безусловно, грамотного, но никому в рот не упёршегося текста.

Перелез через борт ванны, взглянул на своё отражение в зеркале – одно его наличие обрадовало меня вновь – там стоял фиолетово-зелёный я. Что такое полопались капилляры глаз – две-три красные ниточки на белке? А как же тогда назвать две-три белые ниточки на кроваво-красном фоне, который все нормальные люди белком называют? К слову сказать, стало ясно, почему глаза безостановочно слезились от света лампочки. Вдобавок ко всему, под каждым глазом было по одному симпатичному "мешку". А вообще выглядел я так, словно меня живьём похоронили, и спустя месяц кладбищенские мародёры выкопали обратно. Похоже, что только по голливудским законам человек в момент возвращения к нормальной жизни (не важно, похоронили его и затем откопали или же проснулся он на утро после последней в своей жизни бутылки) выглядит так, словно уже не первый год к ряду живёт счастливо и беззаботно – кожа розовенькая и гладкая, на лице полкило грима, зубки беленькие, волосы стилистом уложены, мышцы накачаны, ногти подстрижены и отполированы, над фигурой не один высокооплачиваемый пластический хирург поработал, и одежда только слегка помята и натёрта идентичным натуральному заменителем грязи.

Вот так я и вернулся. Мне радостно оттого, что это жуткое состояние наконец-таки покинуло меня. Снова есть причины улыбаться, конечно, не так широко как ещё два года назад, но всё же. И наплевать мне, что в эту историю кроме меня самого не поверят ни врачи, ни знакомые, ни вообще кто-либо. Думаю, не до конца ещё разрушенная нервная система сумела показать мне все во всей "красе" ту самую жизнь, что ожидает меня через пару, а может и больше лет, если я буду продолжать в том же духе. Бога нет.

[ Loneliness ]

Mon, 29 Jan 2007 21:09:09 GMT

Надумал выложить небольшой отрывок рассказа, над которым в последние дни работаю. Блядь, да для кого я всё это пишу? Один же хер, ни комментариев, ни сообщений, одни лишь немые просмотры... Да и фиг с ним, буду выкладывать, даже если никто никогда этого не прочитает и не напишет своего отзыва, в конце концов, я делаю это только для себя.

Черновое название рассказа "Одиночество (ставшее неотъемлемой частью моей жизни)". Данная часть посвящена первому дню в школе.

"Memories, they always fuck with me"
Jonathan Davis

...Я был таким чистым и правильным, что сейчас, глядя на свою нынешнюю оболочку, я мечтаю вернуться в детство. Детство это одно из счастливейших периодов моей жизни. Я тогда ничего не знал ни о сигаретах, ни об алкоголе, ни о сексе, ни о боли, бессоннице, депрессии, желании покончить с собой. Я был доверчивым мальчиком, который верил в то, что зла на земле нет и, даже если оно и будет, то добро его обязательно победит. Как же я был наивен.

Итак, семь лет, мой первый день в школе. Этот день стал последним днём моего детства. Этот, сука, общественный институт искалечил мне всю жизнь. Может, и не искалечил в буквальном смысле этого слова, но, по крайней мере, сделал неоценимый вклад в становление меня таким, какой я есть сейчас. Люди побогаче давно уже учатся в частных школах. Никто из моей семьи или ближайших родственников ни дня своей жизни не был богатым, в полном понимании этого слова. Я, как и миллионы других детей, был вынужден идти в самую обычную школу. Воспоминания о школе остались у меня довольно приблизительные, и сводятся они к размытым образам одноклассников (лица – это то, что стирается из моей памяти чаще и быстрее всего) и флэшбэкам – реконструкциям отдельных моментов, искажённых до неузнаваемости моим больным подсознанием. Я помню, что мне постоянно было там плохо.

Всё не заладилось с самого первого дня, который так и остался бы навсегда мною оставленным в одном из дальних углов внутреннего мира, которые я всегда обхожу стороной, если бы не моё любопытство. Недавно зашёл к бывшему однокласснику, у которого на пыльной полке лежала VHS'ка с надписью "Первое Сентября 1993 года". После недолгих уговоров, видеомагнитофон уже показывал первые кадры этого ужасного дня. Если ты что-либо забыл, то уж лучше этого не вспоминать никогда, чем бы это забытое ни было. Небольшая классная комната, расставленные буквой "П" в её центре парты, и сидящие за партами дети. Одним из этих детей был я. Маленький мальчик, худенький, глазки испуганные, постоянно глядит по сторонам в попытке отыскать хотя бы одно доброе лицо – безрезультатно. Вокруг него творится безумие. Все смеются, ржут, орут, какая-то женщина в очках что-то объясняет, стоя у доски. По моему лицу можно было прекрасно понять, насколько неприятно мне было находиться там, и насколько сильно было моё желание покинуть это место. Я никак не мог понять, зачем мама отвела меня в этот сумасшедший дом, кажется, я хорошо себя вёл, чтобы так жестоко меня наказывать. Чем я заслужил это? Атмосфера безумия и царящего хаоса не думала прекращаться и через пятнадцать минут. Настало время для знакомства. Женщина в очках попросила каждого повернуться к сидящему слева, сказать своё имя, запомнить его имя, развернуться и проделать эти же нехитрые действия с сидящим справа. По обе стороны от меня оказались какие-то зубастые монстры. Взъерошенные волосы, безумный взгляд пустых глаз, один из которых с прищуром (отчего-то в тот момент я решил, что такой прищур может принадлежать только ненормальному человеку) был слева от меня.

– Сирожа, – сказал сидевший слева "ненормальный".

– Очень приятно. Я Ондрюша, – выдавил я из себя в ответ и попытался изобразить на своём лице некое подобие улыбки.

При всём этом, Сирожа ещё и нервно дёргал головой, от осознания того, что делает он это непроизвольно, меня бросило в дрожь.

– Настя, – услышал я справа от себя.

Я развернулся на этот голос. Передо мной сидела девочка и широко улыбалась. У Насти не хватало пары-тройки передних зубов, от этого в её улыбке прослеживалось что-то зловещее. Её измученная улыбка выражала далеко не радость, а была отражением боли и страдания. И вообще, вид у неё был болезненный. Глаза были опухшими, словно она долго-долго плакала перед тем, как сюда её привели родители. "Ямки" на щёчках отсутствовали, что было свидетельством её совсем нелёгкой жизни. Но уже тогда я был скуп на жалость и сострадание.

– Ондрюша, – произнёс я, и отвернулся, повернувшись к женщине, до сих пор продолжавшей стоять у доски.

Женщина всё это время что-то объясняла и не переставала улыбаться. Время от времени показывала указкой то на алфавит, то на ряд цифр от нуля до десяти; жестом руки, похожем со стороны на агронома-колхозника, разбрасывающего в поле зёрна пшеницы, она обводила весь класс и умиленно улыбалась. Всем своим видом женщина пыталась дать понять, что никаких серьёзных последствий наше пребывание здесь иметь не будет. Отец ты мой, как же жестоко меня обвели вокруг пальца. Как же просто было обмануть наивного маленького мальчика, как было просто его убедить в том, что период обучения в школе станет самым счастливым в его жизни.

Затем, каждому ребёнку выдали по одному альбомному листу и твёрдо-мягкому чертёжному карандашу, и попросили "что-нибудь" нарисовать в память о сегодняшнем дне. Я очень любил рисовать до этого дня. Никогда не умел этого делать, но очень любил сам процесс, когда сидишь за столом и рисуешь... уже в детстве я прекрасно понимал, что очень важно оставаться в тишине наедине со своими мыслями. Дома у меня было множество наборов цветных карандашей, не дешёвых ублюдочных китайских палочек, которые ломаются и крошатся прямо в руках, а советские, ярко рисующие, мягкие и очень гладкие на ощупь карандашики. Я был дико напуган тем, что мне дали этот один-единственный грубый чертёжный карандаш с колющими пальцы гранями. В своих "рисунках" я никогда не использовал чёрный цвет и, хоть мне позже и доказывали наперебой Сирожа с Настей, что это не "чорный", а серый – не помогло. Небо я рисовал синим карандашом, дерево – коричневым, листья на дереве – зелёным и так далее, я привык так рисовать, и рисовал так всегда. А тут серый цвет, точно такой же, в какой окрасилась моя жизнь после этого дня. Понятия не имею, что я тогда нарисовал, но, возможно, сохранись этот рисунок до сегодняшних дней, я нашёл бы в нём отражение всей своей жизни. Один карандаш, один цвет, один лист бумаги. Дети вокруг вели себя так, словно они всегда рисовали лишь одним цветом – улыбки не сползали с их лиц, подглядывали друг у друга, кто что нарисовал. Я тогда сильно испугался, оторвал взгляд от чистого листа и принялся глазами искать маму, затерявшуюся в толпе родителей всех этих монстров. Родители толпились у входной двери класса и надменно рассматривали остальных детей. В классе (это, конечно же, я узнал и понял далеко не сразу) учились несколько "королевских" особ – дети богачей. Эти богатые родители стояли и уже сейчас оценивали, кто из сидящих здесь детей будет в старших классах заглядывать под юбку их любимой и единственной дочурке или делать (пардон за прямоту) в походах минет их единственному и любимому сынишке. Меня это не волновало ни в начальных, ни в старших классах и, тем более, это не волновало меня в ту самую минуту. Я пытался отыскать глазами свою маму. Поиски не увенчались успехом, потому что передо мной встала, заслонив своим туловищем мне весь обзор, женщина в очках.

– Андрюша, что такое? – спросила она, нависая надо мной.

– Я не знаю, что мне нарисовать, – солгал я и, стараясь скрыть дрожь в руках, спрятал бесконтрольно трясущиеся руки под парту.

– Посмотри у других детей, может, их рисунки тебя вдохновят, – сказала она, поворачиваясь к Сироже.

– Серёжа, покажи Андрюше, что ты нарисовал, – произнесла она и пошла искать других "проблемных" детей, неспособным даже нарисовать жалкий рисунок дурацким карандашом, к слову сказать, таковых кроме меня не нашлось.

– Это инопланетянин из далёкой галактики, – начал Сирожа свой рассказ.

Он нежно поглаживал промокший от слюней, обильно выделявшихся во время творения, листок бумаги с изображённым на нём медвежонком в шлеме пехотинца третьего рейха на голове и чем-то, отдалённо напоминающим хоккейную клюшку, в руках. "Медвежонок" был похож на монстра, созданного доктором Франкенштейном – был так же безобразно сшит из бесформенных кусков мяса, причём я решил, что руки с ногами ему явно следовало поменять местами.

– Вообще-то он должен был быть зелёным, но в этом карандашике почему-то всего лишь один цвет – серый, – сказал он, разворачивая карандаш то одним, то другим концом в свою сторону, пытаясь, наверное, найти недостающий зелёный цвет.

– Он прилетел на летающей тарелке, чтобы уничтожить своим бластером всех человеков на земле, – не унимался Сирожа. – Он живёт в моём шкафу. К несчастью, его тарелка вчера потерпела крушение, её не заметил в темноте и раздавил мой папа. Без тарелки он не сможет вернуться на свою планету, и он не может пока выполнить свою миссию. Ему нужно отремонтировать тарелку, но сам он этого сделать не может, на это способен только мой папа и, если он это сделает, инопланетянин пообещал не трогать нашу семью. Папа сказал, что сегодня купит в магазине хозтоваров волшебный клей, могущий склеить даже такой сложный механизм, как летающая тарелка, не повредив при этом проводку и ни одного навигационного прибора...

"И как он мог эту палку назвать карандашиком?", – подумал я про себя.

Сам того не замечая, я схватил-таки карандаш и принялся рисовать первое, что пришло мне в голову под рассказ неугомонного Сирожы...

Женщина в очках окинула добрым взглядом всех детей, в очередной раз широко улыбнулась, поздравила родителей, по-прежнему толпившихся однородной серой массой у входной двери класса, с каким-то праздником и пожелала им набраться терпения на долгие годы. Её слова до меня уже не долетали. Я думал только о том, что сейчас закончится весь этот кошмар и мама, взяв меня за ручку, поведёт домой, от куда я больше никогда никуда не пойду. Женщина со всеми попрощалась и сказала: "До завтра, ребята". После этих слов, у меня сжалось сердце. Одеваясь, дети, словно полоумные, орали и визжали от восторга, что завтра они снова будут здесь, завтра они снова придут сюда, завтра они снова будут. И так будет изо дня в день. Я надел свою курточку, застегнул все пуговички, поправил шарфик, подошёл к маме и крепко-крепко взял её за руку. В тот момент я мечтал только лишь о том, чтобы никогда в жизни больше не отпускать её руки. Всю дорогу до дома я молчал. Я не мог ничего сказать. Я был убит испытанными переживаниями и осознанием того, что завтра мне придётся вернуться в это отвратительное место.

Дома мой старший брат подарил мне красивого робота-трансформера за то, что я мужественно пережил этот день. Подарки от старшего брата были большой редкостью, поэтому этот подарок растрогал меня до глубины души, но показать своей радости я уже не мог. У меня даже не нашлось никаких сил на игру, я просто лёг на диван, прижал к груди ноги, обхватил их руками, положил рядом с собой трансформера и крепко уснул. Я забылся и потерялся в глубинах своего подсознания, мне было там сухо, тепло и комфортно. Весь мир перестал для меня существовать. В тот момент мне было неважно, что через несколько часов я проснусь и узнаю, что мне придётся ходить в школу шесть дней в неделю, триста шестьдесят пять (шесть) дней в году, на протяжении ближайших десяти лет...

Сейчас уже и не помню, что именно я нарисовал на том злополучном рисунке (словно, из памяти выдернули кусок именно с этим воспоминанием), но мама утверждает, что на нём была изображена большая кирпичная стена и больше ничего. Если это правда, то глубже, чем это сделал, я и не смог бы изобразить жизнь, ожидавшую меня после этого дня. И, опять-таки со слов мамы, она этот рисунок в тот же день разорвала и выбросила, чтобы я больше никогда, даже мысленно не возвращался в этот день. Мама, как бы я хотел забыть о тех многих моментах моей жизни, воспоминания о которых сжирают меня изнутри день за днём. Почему я не принимался рисовать всякий раз, мне причиняли боль? Или когда эту боль причинял другим я сам? Я бы сейчас просто собрал бы все эти рисунки в одну кучу, облил бензином и поджёг бы прямо в квартире...

[ Stupid fucking white man ]

Sat, 20 Jan 2007 21:18:19 GMT

Посвящается ублюдкам, улыбающимся мне с экрана телевизора.

Посвящается ублюдкам, улыбающимся мне в магазинах.

Посвящается ублюдкам, улыбающимся мне на улице.

Посвящается ублюдкам, которые всю жизнь только и делают, что притворяются кем-либо для кого-либо.

Всем всегда на всё похуй. Каждому похуй на всех, и всем похуй на каждого. Никого ничто не интересует и не волнует. Всю свою сознательную жизнь человек только и делает, что заботится лишь о себе любимом, о своей выгоде, о своей жалкой и ничтожной жизни. Себя человек всегда любит, ценит и уважает больше, чем любого другого человека. И не боится человек кары божьей, потому что, хоть и верит он в Бога, но в себя он верит больше. И плевать человеку на жизнь другого человека. И плевать ему на внутренний мир другого человека, на его чувства, мысли, веру, переживания, страдания, слёзы, горе, боль и одиночество. Потому что себя человек ставит выше каждого человека, которого он встречает на своём жизненном пути. Себя человек жалеет пуще, чем жалеют другие люди его. Любовь, секс, семья, ребёнок... даже эти вещи не способны человека хотя бы на минуту заставить задуматься о том, что рядом есть человек, которого нужно любить больше себя. Человек, когда ты в последний раз думал о ком-нибудь искренне, не желая получить выгоду для себя? Человека даже нельзя назвать животным, потому что нет ни одного животного, которое было бы хуже него самого. Вместо того чтобы взять у зверей чувство бесстрашия, мы придумали себе чувство боязни за собственную шкуру. И, ведь, трясёмся все, как один, перед лицом своей неминуемой смерти! Один хрен, рано или поздно, но все мы умрём, так на хуя вы так рвётесь к бессмертию? Думаете, что у Бога к вам особое отношение? Что он припас для вас в заднем кармане штанов вечную жизнь? Жалкие, сука, закомплексованные, тупые белые уёбки! Каждый мнит себя центром вселенной. Каждый пытается показать, что он выше другого. Для чего вы лезете из кожи вон? Один хрен, никому и до вас нет никакого дела. Вы такие же ненужные никому в этой жизни, как и я.

Почему я пишу столь ужасные строки? Знаете, вот было бы оно всё так, как было, и мне было бы, как и раньше, на всё это наплевать. Но в мою жизнь начали ежедневно лезть незнакомые мне люди, которых я об этом не то чтобы не просил – даже повода не давал. Мало того, эти уёбки ещё и пытаются изменить мой внутренний мир. Зачем пытаетесь вы изменить меня? Моя ненависть, один хрен, никогда не утихнет, с ней же я и умру. Перестаньте, блядь, меня носом тыкать в то, что я ничего не добился и никогда не добьюсь в своей жизни. Я никого не спрашивал. Это моя жизнь, лучшей мне не найти, но и позволять вам в неё залезать я не позволю. Я вам кажусь раздражённым? Вы считаете меня последним негодяем? Знаете что? Держите своё мнение обо мне при себе, а если не можете – засуньте его себе же в задницу. Я сам себя не знаю. За двадцать лет я так и не смог понять даже малой доли себя, а вы уже, блядь, чуть ли не искусствоведами моей личности заделались. Заботьтесь о себе, о своей жизни. Что вы лезете ко мне? Живите все своими жизнями, не прикасайтесь ко мне. Отъебитесь от меня. Я же знаю, что вы это делаете не из лучших побуждений. Так, зачем вы это делаете? Зачем?..

[ A few words about Silent Hill ]

Sat, 06 Jan 2007 04:45:05 GMT

Проклинаю "Почту России", которая вот уже месяц, как не может доставить мне бандероль с подарочным изданием Silent Hill. Неужели так сложно выйти из запоя хотя бы на пятый день после праздника? Руки уже чешутся – так и охота засесть за перевод второй части, да не простой, а хитро вывернутый перевод. Идея пришла около двух лет назад во время сумасшедшей пьянки с Кириллом (бро, махаю тебе ручкой). Не много я встречал людей, которые, напившись, садятся играть в хоррор, комментируя его такими пошлыми и непотребными фразами, что рот непроизвольно растягивается в улыбке, и играть становится не то, чтобы смешно – заразительно хохотно. Не помню я, что тогда был за праздник (скорее всего, очередная суббота), но день тот навсегда остался в моей памяти, потому что навеял нам идею о переводе. Обещаю (ох, как много я давал в жизни обещаний и не выполнял их), что, завершив работу над переводом, выложу его для скачивания. Искренне надеюсь, что мои друзья мне с ним помогут.

От беспомощности я начал страдать ерундой. Скачал "Plot Analysis" от Silent Pyramid, объёмом в 360 вордовских листов, и теперь потихоньку читаю. Вообще-то уж очень много у меня появилось чего сказать автору по поводу этого, так называемого "произведения". Даже и не знаю, может, и впрямь написать всё, что я по этому поводу думаю? Не-а, не буду, не смотря на то, что он только поверхностно затрагивает тему всей моей жизни, я не буду ничего писать этому человеку. Может, и напишу когда-нибудь свой материал, но только тогда, когда окончательно для этого созрею.

Довелось прочитать "труд" неизвестного автора (хоть бы назвался, что ли), повествующий о музыке Акиры Ямаоки (Akira Yamaoka). Вообще кабздец, других слов нет. Ну, может, у меня и нет музыкального образования, может, я и знаю всего лишь три аккорда, но называть Акиру основателем "индастрила" это, на мой взгляд, опрометчиво и очень неправильно. И те доказательства, что он предъявил в подтверждение своих домыслов, я считаю глупыми и неуместными. Мне глубоко по фигу, какие этнические инструменты использует Акира, какова средняя продолжительность его мелодий, каков средний tempo его мелодий, какой марке синтезаторов он отдаёт предпочтение (Korg или Yamaha), каким средством по уходу за руками пользуется, и прочая ненужная ерунда, о которой говорит автор. В общем, автор, выпей яду.

Вчера совершенно случайно наткнулся на небольшую фото-сессию Хэзер Моррис (Heather Morris). Если кто не знает (я и сам, если честно, об этом узнал только вчера), то эта девушка озвучивала главную героиню третьей части игры, и, более того, по ней делали трёхмерную модель. Вопрос о лице оставлю без комментариев, потому что это должен каждый для себя определить – нравится или нет, и стоило или не стоило его изменять в игре, и в лучшую или худшую сторону было оно изменено. А вот во всём остальном – точная копия, даже волосы в игре были воспроизведены со стопроцентной точностью! Выкладываю восемь наиболее удачных фотографий. Мне особенно страху в душу нагнала первая. Очень непривычно видеть сцену из игры, снятую в реальной жизни. Живая актриса и кусок настоящей металлической трубы у неё в руках - впечатляет. Эти и другие фотографии можно найти по следующему адресу (первоисточник):

http://www.dvdvisionjapan.com/heatherusa.htm

Кстати, "Broken Notes" слушали? Хотя бы один из девяти выпусков? Полный suxxx (по крайней мере, те три, что я выкачал). Там был один "композитор", Джон Энтони Мэтьюсон (John Anthony Mathewson), так вот, он пообещал жениться не на ком-нибудь, а именно на Хэзер Моррис. Довольно забавно, что человек вот так запросто нашёл своё счастье – просто купил Silent Hill 3 и встретил будущую жену.

А вообще, как вы, наверное, уже успели заметить, праздник удался.

Если вы ни слова не поняли из этого поста – не расстраивайтесь. Эта информация предназначена моим друзьям, которые не пишут комментариев, они просто недолюбливают ЖЖ и относятся к нему с недоверием. Правда, мама мне всё чаще начала повторять, что эти друзья существуют только у меня в голове, в выдуманном мною мире. И, если я в ближайшее время не соглашусь лечь в психиатрическую лечебницу, единственным объектом реальности в скором будущем для меня станут лишь мои воображаемые друзья.

[ Now seriously about Happy New Year ]

Sat, 30 Dec 2006 20:21:53 GMT

Каких бы отвратительных и ужасных ассоциаций не возникало при упоминании Нового Года, этот праздник не должен становиться поводом для депрессии и грусти. Даже если самые кошмарные события жизни происходили именно в Новый Год, это не повод ненавидеть сам праздник в целом и Санта Клауса в частности. Именно поэтому, если я и буду грустить во время праздника, то постараюсь эту грусть спрятать подальше, а на лице изобразить некоторое подобие жизнерадостной улыбки. Не все же такие несчастные и невезучие как я, поэтому и не стоит портить людям настроение. Само понятие праздника подразумевает под собой веселье, но никак не грусть.

Итак, принято подводить итоги года минувшего, и строить планы на год грядущий. Понятия не имею, кто всё это придумал, но весь мир уже давно подчиняется этому правилу, поэтому, хотя бы сейчас не буду идти против системы и, послушно приклонив голову, соглашусь подвести итоги.

Январь. Иссиня-чёрный месяц. За четыре недели со мной произошло столько, что некоторые собственные и чужие поступки смогли найти объяснения в моей голове только сейчас. Это был месяц пика моего пьянства. В день выпивал от двух-трёх литров пива до бутылки водки в одного. Проблемы были из-за питья? Нет, проблемы начались давно, алкоголем я пытался от них отстраниться, хотя бы на время. Ничего из этого не вышло. Некоторые ублюдки считают пьяного человека лёгкой жертвой. Убит друг-предатель. Не буду бросаться голливудскими фразами, вроде "на его месте должен был быть я" (хотя, логически подумав, я решил, что так оно и должно было быть). Но умер он по моей вине. Может, он и мог ходить по району, населённому гопотой, и не портить с ними "отношения", я человек совсем другой. Когда какой-то член, со свисающей из носа соплёй, стоит передо мной и пытается залечить мне о том, что живу я неправильно, тыча своим корявым пальцем в чёрно-белые ботинки "Grinders" на моих ногах, то тут уж, извините, другого не дано, кроме как сломать ему челюсть. Мой темперамент и стал причиной гибели друга... вернее, человека, которого я считал своим другом, но который за тридцать серебряников продал меня с потрохами. У меня начинается депрессия, и я снова иду в магазин за бутылкой. Девушка разрывает со мной все отношения. Перед этим не забывает выбросить в окно "системник" и расколошматить молотком всю мою коллекцию дисков. Я бы и так запомнил её уход, на зачем было всё крушить? Меня во второй раз пытаются убить, нож попадает чуть ниже коленной чашечки... на пару бы сантиметров выше, и ровно ходить я больше никогда бы не смог. Забираю документы из университета. Продаю гитару. Покупаю билет до Москвы.

Конец Января - Май. Время жизни в Москве. Лучший период моей жизни. Впервые за много лет ко мне хорошо относились. Меня все понимали, меня все поддерживали, меня все любили, и я платил тем же в ответ. Спасибо вам, братья, за то, что протянули руку помощи, тогда, когда я нуждался в этом больше всего. Тебе, P41m, отдельное спасибо, брат. Хотелось бы снова покатиться кубарем вниз с эскалатора и поймать твою руку в полёте. Потратить 10 часов на поиски обувного магазина (прости за мозоли, которые ты натёр в результате), а в итоге напиться. Требовать четыре банки "Ягуара" в магазине, торгующем бытовой техникой (и, ведь, принесли же!). А помнишь того милого пёсика на Кузьминках, которого мы стали прикармливать какой-то хернёй? А старого извращенца, что до девушек в метро домогался? Блин, этот период моей жизни был истинно самым лучшим. И вот, когда я уже влился в струю, когда на работе пошёл на повышение, когда завёл много новых знакомств, меня извещает военкомат о том, что подаёт меня в розыск. Очень неприятно было такое слышать, более неприятно же было прощаться со всеми и уезжать. Я прекрасно осознавал, что вернусь не скоро, но, тем не менее, старался не подавать вида, что сильно этим озабочен, мне просто не хотелось расстраивать людей, которым я небезразличен, для которых я что-то значу. Почему всякий раз, когда, казалось бы, начинает налаживаться моя жизнь (вернее, я её начинаю налаживать своими собственными руками), обязательно найдётся кучка педерастов, которым нужно всё испортить? Завистники.

Май – Июнь. Возвращение домой, военкомат. "Нате выкусите, сукины дети!", - сложив кулак фигой, сказал я призывной комиссии во время нашей первой встречи. "Больно ты нам сдался!", - сказали они мне во время нашей последней встречи весеннего призыва.

Июнь – Октябрь. Прожигание жизни впустую.

Октябрь – Декабрь. Военкомат... снова. Что самое странное, у меня даже в мыслях не было косить по психиатру... Да, я свободен от армии, но до того, как от неё освободиться, за каким-то членом, я восстановился в универе. А ведь мог просто уехать, я точно дурак.

Декабрь (наши дни). Снова жизнь впустую. Грусть и тоска. И немножечко счастья.

Special Thanks To:

P41m, спасибо, друг мой, за всё тебе спасибо! Я вернусь, обещаю!

Fiyahman, дорогой мой друг, и тебе огромное спасибо за поддержку! Обещать не буду, но рано или поздно я наверняка вернусь.

Romson, братишка, блин, ну куда же я без тебя?! Возвращайся!

Моим родным и близким (просто не представляется возможным рассказать обо всём, что вы для меня сделали).

В общем, человеки, всех вас с наступающим Новым Годом! Желать банальных вещей не буду, потому что считаю это несколько глупым. Поэтому скажу проще – будьте счастливы (be happy)! Счастье – это не когда у тебя много денег, это не когда у тебя дорогой автомобиль, это не когда ты услышал пошлый анекдот и смеёшься над ним. Счастье – это особое состояние вашего хрупкого внутреннего мира, которое заставляет вас лишний раз улыбнуться без какой-либо видимой на то причины.

Если вы читаете этот текст, то и вас с Новым Годом!

[ Saint Dickolas ]

Fri, 29 Dec 2006 22:44:50 GMT

Здравствуй Санта Клаус! Прости, Дедушка Мороз, что обращаюсь не к тебе, но тебя придумали после Святого Николса (ой, и не кричите вы мне в ухо, что Дед Мороз – это герой социалистического труда, из года в год спасающий нашу страну от чумы, неурожая, мора и голода), фактически, ты – лишь нагло украденная на него пародия, причём, довольно приблизительная. Вспомнить, хотя бы Пиннокио, из которого наш советский автор с лёгкостью своей руки сделал Буратино... кто сказал, что он "нашему" нос длиннее выстрогал? Да и какая разница к кому из вас обращаться?

Санта, я в тебя не верю. Дед Мороз, не обольщайся, но и в тебя я не верю тоже. Это не из-за того, что я утратил веру во всё живое, нет. Вся проблема исключительно во мне, вернее, в моём нелёгком детстве. Как точно выразился один мой знакомый: "деревянные кубики, прибитые гвоздями к полу; и ртутные шарики вместо резиновых мячиков". Наверняка, он где-то услышал эту фразу и выдал за свою, но слова гениальные. В четыре года ты оказался моим старшим братом, в пять и шесть – физкультурником из моего детского сада, в семь – директором моей школы (что было последней каплей моего терпения). Да, я с детства люблю разоблачать людей, вернее, говорить правду им в глаза. Дети способны на многое, достаточно мне было сделать пронзительный взгляд, заглянуть нашему физкультурнику в глаза и спросить, правда ли, что он был Санта Клаусом (Дедом Морозом) на новогоднем утреннике... и человек сдавался... и начинал говорить правду. К восьми годам мне жутко надоел весь этот маскарад, и я перестал в тебя верить. Заметь, на то, чтобы утратить веру в тебя, мне потребовалось гораздо меньше времени, чем прийти к мысли об отсутствии Бога. Из этого следует, что ты лишь сказка... о тебе не написано такой сильной книги, как "Библия". Максимум, на что ты способен – украсить собой китайскую открытку-пищалку, которая, когда её открываешь, издаёт звук, сравнимый со спуском воды в унитазе – так же громко... и, ведь, не заткнуть же! Извини, что так грубо, но это реальность, а она, подчас, сурова. Ты обречён на то, чтобы люди перестали в тебя верить. Ты – сказка без счастливого конца (there's no happy endings).

Зачем я всё это говорю? Пытаюсь впечатлить людей? Открыть им глаза на правду? Отнюдь. Я изливаю свою боль. Я возвращаю тебе ту боль, что ты мне причинил, выдуманный красноносый толстяк. Я столько лет о тебе не вспоминал, что даже забыл о твоём существовании. Ты стал для меня, словно день пьянки – ничегошеньки не помню, зато фотографий осталось! И дёрнул же меня чёрт на прошлый Новый Год о тебе вспомнить. И ведь попросил я всего лишь немного счастья для себя. Именно так и сказал: "Санта, дай мне толику небесной манны, я хочу лишь немного счастья для себя и здоровья моим родным". Ничего пошлого под этой фразой не подразумевал, мне просто хотелось спокойствия. А что я получил?! За три недели января меня дважды пытались убить плохие люди! Спасибо тебе огромное, я буду эти шрамы всю жизнь с собой носить и радоваться, что были задеты жизненно важные органы не мои, а моего друга, что я выжил, а он - нет. Охрененное тебе спасибо! Знаю, сейчас начнёшь тыкать пальцем в сторону Бога и говорить, что это он во всём виноват. О Боге я могу говорить очень долго, ты же – тема гораздо проще, поэтому я тебя сейчас и осуждаю, не трогая кого не надо. Понятия чести и достоинства давно уже канули в небытие, так что готовься, закатаю рукава, чтобы кровью их не заляпать, и бить буду маленького и беззащитного тебя, Санта!

Прости, Санта, уж слишком многого я хочу в жизни, но даже жалкой справедливости никогда не будет на земле. И ты в этом совершенно не виноват, виновны в этом только мы, люди. Так что прости за все слова, что я тебе наговорил, я болен. А на самом деле, всё не так уж и ужасно. Люди, предавшие меня, конечно же, должны уходить из моей жизни. Просто мне было непривычно, что он ушёл во всех смыслах (до этого люди так не делали), предавший меня друг, предатель Роман. Хоть ты и предал меня, мне было тебя жаль. Как бы мне хотелось, чтобы человек после смерти попадал туда, куда он при жизни верил, что попадёт (всё-таки не законченный я атеист). Я бы хотел попасть туда, где не будет тебя. Лес, в котором постоянно идёт дождь – лучшее место для меня. В такой обители я бы остался навсегда.

Если вы читаете этот текст, то теперь вы знаете, что происходит с сознанием человека, посмотри он подряд 13 серий японского мультсериала "Дети тьмы".

[ A few words about guitars ]

Mon, 25 Dec 2006 20:21:53 GMT

Сегодня, забив ReGet очередью на ночь, решил немного полазать по страницам производителей гитар, вернее одного производителя, которого я ценю и уважаю больше других – "Gibson" (www.gibson.com). Почему я люблю именно их? Знали бы вы, какой у них звук. Знали бы вы, какие люди на них играют (сосунки из Tokio Hotel – не в счёт). Гитары "Gibson" это, на мой субъективный взгляд, самые замечательные гитары (эх, хоть бы пару долларов мне заплатили за такие слова). Раньше мне нравился "Fender", но, не так давно узрев их новые модели, которые они так "ненавязчиво" стараются сделать стандартами, я понял, что они опопсели – розовая гитара это предел мечтаний для гомосека (Боря Моисеев, начинай двигать попой)! А фаллические формы инструментов – лишь очередное подтверждение моих слов! У "Fender" есть лишь одна модель – "Jagstang", цвета "Solid Blue", на которой играл в последние годы жизни бессмертный Курт. Так вот, именно Курт сделал имя этой фирме, только благодаря ему "Fender" стал обожаем многими музыкантами. Кобейн умер, и больше нет у "Fender" хороших моделей (за исключением акустических). Кстати, "Mustang" точно такого же цвета стоит совсем недорого – в пределах 16000 рупий ("Jagstang" же днём с огнём не сыщешь).

Пожалуй, мне вообще противопоказано выходить в инет и, уж тем более, бродить по официальным страницам, я всякий раз только расстраиваюсь до такой степени, что несколько дней в себя прийти не могу. Так же получилось и в этот раз. Нашёл единственную модель, которая запала мне в душу – "Gibson Les Paul Menace". Эта гитара выдаёт такой звук! Она создана для настоящего мощного, громящего стены звука. Человек я разумный, понятное дело, что с каким-то дурачком, живущим в России, да ещё и не в Москве, никто не станет связываться, и не будет вести переговоров по отправке такой гитары из Нашвилла (Теннесси, США). Полез по страницам российских спекулянтов, мать их. $1600.00 – вот такая цена на эту гитару у нас в России.

Моя предыдущая гитара стоила $200, и купил я её, полгода откладывая под матрац сдачу с выпивки. Да, я был бедным студентом, мать меня, и у меня не было денег на хорошее оборудование, более того, у меня не было возможности накопить денег, потому что все они уходили на водку-пиво-сигареты. До сих пор помню тот шум, с которым она играла, "Invasion" модели "EG 750 MRS"… сделано в Чайне. "Прикольный звук, словно, грязно записывал", - говорили мне все, кому давал прослушать свои промо, а сам я при этом краснел и прятал глаза. С минимальными шумами она могла играть только на дальнем (от грифа) десятицентовом звукоснимателе (из пяти имеющихся), поэтому "тяжести" в промо было хоть отбавляй. Односторонняя пятнадцатицентовая машинка, при каждом её использовании, расстраивала выборочно две-три струны ровно на полтона. Синтетический одноцентовый ремень (шёл в комплекте), сдиравший кожу с плеча. И процессор эффектов у меня был "Zoom 505 II". Прозвучит дико, но я был всему этому несказанно рад. Да, я не стыжусь этого, я выжимал из них всё по максимуму. Делал с этим барахлом всё, что было в моих силах... вы не представляете, на что способна программная обработка звука. В итоге, весь хлам, приобретённый мной за $400, был продан за $100 девушке, которая только учится игре на гитаре. Хоть и хлам, а жалко было отдавать в такие руки. За полтора года у меня не порвалась ни одна струна, ничего не вышло из строя, даже током ни разу не ударило... эта девочка в первый же день порвала струну. Пилять! Догадываюсь, что произошло с гитарой в итоге.

ИМХО я считаю, что лучше родных струн могут быть только родные струны, так как достать качественные забугорные струны очень трудно (меня до сих пор преследует чувство, что все мы продолжаем жить в "совке"). Пензенский "Emuzin" заполонил рынок, в начале они делали очень хорошие струны, но последние семь лет они выпускают каку, и уже вряд ли исправятся.

Теперь у меня появился стимул. У меня появилась мечта, она, конечно, далёкая, но всё же осуществимая. Купить себе одну гитару на всю жизнь - это то, чего я хочу. Осталось дело за малым - найти работу.

Если вы читаете этот текст, то с вашего счёта было переведено 1 Web Money (WMZ, WMR, WMU, WME) в "National Bank of Sponge Bob".

Мечта, зачастую, материальна... моя выглядит так:

[ Am I drunk? Eeak! It's you drunk! And all your family too!.. ]

Sat, 23 Dec 2006 22:11:36 GMT

Весь день напиваюсь. До этого дня не брал капли в рот с августа месяца. Депрессия. Казалось бы, нет никаких очевидных причин для моего такого настроения, однако, что-то не так. Закралась в душу грусть-тоска. "Новый Год на носу – радоваться нужно", - слышу я от каждого знакомого и незнакомого мне человека. Знакомым в ответ отшучиваюсь, незнакомым - бью в лицо, чтобы не лезли в чужую душу без спросу и надобности. Я слегка раздражителен? Разве что только самую малость. Я бывал намного злее. Просто в моей жизни что-то не так, и я это понял, вот, только, не понял что именно.

Похоже, депрессия начинает становиться такой же неотъемлемой частью моей жизни (вернее, моего жалкого и бессмысленного существования на этом свете) как и одиночество. Да, я очень одинокий человек. Раньше люди пытались найти со мной общий язык, теперь всё бесполезно. Кто-то говорит, что мне просто нужен человек, способный вытянуть меня из этого состояния. Возможно. Но люди от меня шарахаются. Даже дворовые гопники перестали спрашивать у меня сигареты (зубы – это всё-таки невосполнимый ресурс человека). Жестокий? Да какой же я жестокий?! Я ещё мягкий и пушистый по сравнению с некоторыми. Ну, бывает, вспылю иногда. Вы, наверное, просто меня не знаете.

Вот сижу и пытаюсь забыться в пьянстве. Я не лезу в бутылку из-за каждой проблемы (коли было бы так, я бы уже давно помер от цирроза печени), просто уж слишком наболело. Память и внимание, как по команде, притупились. Ощущение реальности происходящих со мной вещей начало пропадать. Счастливые лица продавцов в магазинах стали раздражать меня пуще прежнего. Я просто пришёл за сигаретами, чтобы увеличить риск заболевания раком лёгких и, в итоге, умереть, а вы мне тут улыбаетесь, говорите "пожалуйста", "спасибо". Для чего? Актёры из вас всё равно никудышные, Оскара не дадут, даже если вы уедете в L.A. и там будете так же широко улыбаться. Такие же счастливые морды на улице. Ещё же, пилять, особенность маленького города – каждый так и норовит взглядом прожечь в тебе дыру. Так, пока от магазина до подъезда дошёл, чуть не вломил ещё паре-тройке дураков. В подъезде та же история. Стоят, трутся укуренные придурки, видят же, что человек в дерьмовом расположении духа, почему бы просто не промолчать, когда мимо них прохожу? Нет, нужно обязательно вставить хотя бы одно слово обо мне, причём, именно тогда, когда уже отошёл от них (на испуг, наверное, берут). Они укуренные были, им было не больно, честное слово. Когда меня в подобной кондиции запинывала толпа дураков, единственное, что меня волновало - почему на небе так мало звёзд, и почему светят они как-то тускло. Ни один человек, находясь в здравом уме и твёрдой памяти, никогда не ударит первым. Поскольку мой психический дисбаланс был подтверждён специалистами, теперь я могу бить первым. Я вообще не люблю драки, я их ненавижу, но когда у меня непорядок с настроением, сам не свой становлюсь. Да, я дурак, у меня теперь и справка есть.

А вообще, запах ёлки и мандарин, думаю, в ближайшие несколько дней сможет перебить запах водки и сигарет. Может быть, сможет ещё в моей тёмной душе поселится праздник до наступления самого праздника. Хочется надеяться, что так оно и будет.

Выпито уже больше половины, казалось бы, что причины всех моих проблем уже давно должны были всплыть на поверхность и стать если и не явными, то, по крайней мере, различимыми, но этого не произошло. Я не могу разобраться в себе, в этом и есть моя проблема. Из-за этого у меня и депрессия. Поэтому у меня плохое настроение. Новый Год, приди в моё сердце. Сделай меня весёлым. Сделай меня жизнерадостным. Я уже устал быть злым тупым уродом*. Я бью людей (пусть это даже тупые и безмозглые гопники) лишь из-за того, что не могу разобраться в себе?! Да я реальный урод. Я даже не испытываю к ним ненависти, мне просто плохо.

Если вы читаете этот текст, то теперь вы знаете, как выглядит текст, написанный шрифтом Tahoma.

*(по итогам независимого тестирования)

[ I did fucked army ]

Thu, 14 Dec 2006 05:10:33 GMT

С каждым разом общение с психиатрами начинает нравиться мне всё больше и больше. Забавные они люди всё-таки. Сегодня проходил очередную медкомиссию в военкомате. Как мне объяснили по телефону, приехали врачи из "здоровенного" города Томска, куда деваться, мегаполис, ёпт. Я по такому случаю не спал всю ночь, чтобы глазки были краснее, и вид был такой, словно я не спал всю ночь. Выключил компьютер рано утром, умылся, побрился, даже чистые трусы одел (не скажу, что это бывает довольно редко, хотя, в жизни всякое бывало). Медкомиссия для меня всегда праздник, товарищ военком. Прихожу, мне говорят, что прохожу я только того врача, который усомнился в моей пригодности к воинской службе, и это психиатр. Сажусь напротив местного психиатра. Он внимательно меня разглядывает, делая вид, будто пытается меня вспомнить. Не вспоминает. Открывает моё увесистое личное дело, со свисающими в разные стороны рентген снимками моих стоп, позвоночника, черепа (ну вот скажите мне, почему именно психиатр усомнился в моей пригодности, а не хирург?). Читает характеристики. Доходит до листа, который он сам написал обо мне. Изменяется в лице (видимо, вспомнил и меня, и наш с ним разговор месяц назад), закрывает дело, отдаёт его мне и отправляет к томскому врачу-психиатру.

Становлюсь в очередь к томскому психиатру. Ради интереса, открываю дело и читаю тот лист, что он обо мне написал. Право дело, я еле сдержался от того, чтобы расхохотаться на весь пункт сбора. Вот некоторые выдержки, цитаты приблизительные, так как отсканировать или отксерокопировать этот лист мне отказали.

"При общении ведёт себя спокойно. Эмоционально сдержан. Мимика лица не выраженная. Интереса к беседе не проявляет. Немногословен. Лишний раз не смотрит в глаза, предпочитая этому разглядывать поверхность стола". Ну да, в общем, это настоящая правда обо мне.

"Бросил учёбу в университете на четвёртом курсе, уехал в Москву, где устроился на низкооплачиваемую опасную для жизни работу – оператором на нефтебазе". Ну да, не сложилось у меня так, чтобы родители были москвичами, следовательно и я не москвич. Вообще, город, в котором я сейчас нахожусь, довольно маленький, всего лишь 50 тысяч человек населения (из которых приблизительно 51 процент – особи женского пола, и ещё около 49 процентов – мужского). На Москву отсюда смотрят, как на недостижимую высоту. Самое большое счастье для живущих здесь людей – уехать в Томск или в Новосибирск, о Москве даже никто подумать не осмеливается. Однажды во время беседы с бывшей одногруппницей, я имел неосторожность упомянуть о своём периоде жизни в Москве... наш разговор моментально изменил своё направление от "who the fuck are you?!" до "Андрей, сделай мне ребёнка". Я долго не хотел говорить психиатру, в каком именно городе я работал, но мне пришлось. Реакция была именно такой, какой я её себе представлял: у него вытянулось лицо, округлились глазки, зачесались ладони, проступил пот на лбу. Интересно, что с ним стало бы, если бы я продолжил и сказал, что эта нефтебаза принадлежит моему двоюродному брату? Без сердечного приступа точно не обошлось бы.

Фраза, над которой я смеялся дольше всего: "Сделал себе татуировку на внешней стороне верхней трети предплечья правой руки в виде нацистского символа..." Оу-е, приятель, интересно, насколько высоким должен быть у человека уровень интеллекта, чтобы спутать шрам с татуировкой, однако так точно указать его месторасположение? Нацистский символ, тьфу, как некультурно... он бы ещё "фошыстом" меня назвал... хотя, именно это и послужило основанием для усомнения в стабильности моего психического состояния.

Стою я в этой очереди, а сам думаю, что же на это скажет томский специалист. Захожу в кабинет. За столом сидит довольно милая женщина, лет тридцати пяти, я вежливо поздоровался (эх, воспитание) и сел на свободный стул. Начинает читать мои анкеты, от "пай мальчика" до "фошыста". Сильно удивляется тому, что бросил учёбу, я ей кратко объяснил ситуацию, она поняла. И вообще, разговаривала со мной, как с вполне нормальным человеком (несмотря на то, что я с детства называл себя психом). Разговор получился довольно душевным, только вот по бутылочке пива всё же не мешало бы. Начала расспрашивать о шраме, что означает, чем делал. Рассказал о своём прошлом с выбритым черепом и тяжелыми ботинками на ногах – она даже не поёжилась, вполне нормально отнеслась к этому. Сказал, что сделал шрам ножом, предварительно раскалив его над свечой – она только сказала, что мне нужна была сила воли для этого. Сделала запись в тетради (интересно всё же, отчего они всегда прячут от меня свои записи?). Спросила, как я отношусь к тому, что именно психиатр заострил на мне своё внимание – я честно признался, что мне глубоко наплевать на это, жить я долго не собираюсь. Она улыбнулась и говорит: "Ну, ты не переживай. Я тебя спишу. Всё будет хорошо".

Вот так вот. Достаточно просто рассказать человеку правду и тебя не отправят в армию. Если у кого-то есть "наезд" в мою сторону, по поводу того, что я не хочу служить – комментируйте. У меня уже давно сформировалось собственное мнение по многим вопросам, относительно жизни. Насчёт армии я смогу вам сказать очень многое, после чего вы даже задумаетесь: "А на зачем я потратил два года жизни?". Если вы так не подумаете, то прочитайте концовку предыдущего поста, вы именно такой.

Да, ещё меня заставили написать психологический тест. Там было около сотни вопросов, из которых мне хорошо запомнился один. "Считаете ли вы, что на свете есть кто-нибудь несчастней вас" - я честно ответил, что нет.

Если вы читаете этот текст, то, возможно, вы зашли сюда по ошибке. Но, что вероятнее всего, я пригласил вас лично и очень рад вас видеть у себя в гостях.

[ First Post ]

Tue, 12 Dec 2006 20:17:50 GMT

Вот он, мой ЖЖ. Вот он, мой первый пост. Вот он, отсутствующий в моей голове интеллект.

Сижу и спрашиваю себя, ну на хрена мне вообще нужен ЖЖ? Неужели это необходимо мне, как умение добывать пищу? Все себе завели, и я завёл? Да уж.

Всё равно, никто никогда не станет читать этот журнал. Я не гонюсь за рейтингом, не гонюсь за посещениями. Я всю жизнь только и делаю, что убегаю от людей, от их внимания. У меня есть один - два человека, которым ещё, может быть, и будет интересно почитать пару строк от меня, но не более того. Я чересчур одинок, чтобы зазывать на свою страницу толпы народу. Да и какая это страница?! Так - набор для ленивого человека, возможность ощутить себя в роли офигенного веб-дизайнера или не менее офигенного писателя, не прикладывая к этому особых усилий. Мой самый лучший друг на свете (так и хочется сказать что единственный, но боюсь, что другой мой друг после этих слов сильно обидится*) сказал, что это креатив. Ну, чёрт его знает, если писать две-три строчки о себе и умудриться сделать в них 29 грамматических и 32 пунктуационные ошибки называется креативом, то я реально отстал от современных веяний, проще говоря, отстал от жизни.

Да и двадцать лет всё-таки довольно запоздалый возраст для того, чтобы начинать вести дневник (это удел двенадцатилетних романтиков – писать свои мысли в тетрадку и прятать её подальше от мамы). Пусть просто будет. Я ничего не хочу сказать этим журналом. Я ни на что не рассчитываю. Выслуживаться и выпендриваться мне не перед кем, расположение людей предпочитаю добиваться несколько иными методами. Преклонять голову и бить челом – не мой стиль. Чтобы меня заметили? В ЖЖ миллиарды страниц! Нет, я, кончено, наивен, но не до такой степени, чтобы рассчитывать на внимание, когда все журналы очень похожи друг на друга. Изюминку я добавлять не умею, так что и на внимание вообще не надеюсь. Самовыражаться я люблю далеко не текстом – нет к этому способности.

Если вы читаете этот текст, то, скорее всего, вы зашли на эту страницу по ошибке, в результате не поддающегося объяснению стечения обстоятельств.

* Так, определимся, если кто-то после слова "обиделся" сейчас сказал, или даже подумал о чём-то, что может быть расценено как насильственные действия сексуального характера одного лица мужского пола в отношении другого, направленные на сломление морального духа, унижение личного достоинства и, фактически, превращение последнего в раба, имеющие место в тюрьмах, то УЁБЫВАЙТЕ ОТСЮДА НА ХУЙ!

Объяснюсь. Я слишком много кушал горя большой ложкой за свою недолгую жизнь. Нет, я не сидел в тюрьме, как вы могли бы подумать. Мне приходилось часто общаться с людьми, прошедшими "жизнь" в тюрьме. Вести с ними нормальную беседу не получалось при всём желании. Каждое слово, имеющее лишь одно значение для простого человека, для них обязательно означало что-либо совершенно иное, что-нибудь пошлое, мерзкое, грязное. Один всё время повторял, что убьёт меня, выжидал значительную паузу и заливался смехом, так было раз десять, пока однажды он недвусмысленно не схватился за нож. Правда, его потом самого убили (что вы, я не имею к этому ни какого отношения... даже косвенного). После этого у меня остался довольно неприятный осадок. До сих пор не могу нормально относится к человеку, который считает тюрьму - романтикой. Нет в ней ни грамма романтики, всё слишком сурово и жестоко, чтобы быть романтичным. Зачастую, люди вышедшие на свободу, продолжают воспринимать весь мир таким, словно он и есть тюрьма (конечно, есть большая разница между тюрьмой и зоной, но для обычного человека это всё одинаково). Тюрьма в них самих. Говорят, что от тюрьмы не зарекаются. Так оно и есть, но пройти тюрьму и остаться живым - не сложно. Намного сложнее - пройти её и остаться самим собой. У меня есть несколько подобных примеров. Эти люди могут запросто сказать, что обиделись, и у них даже в мыслях не будет этого, второго значения этого слова. Подумайте над этим. Оставайтесь людьми.